дупляк тупняк, все снова ненастоящее и мутное,так же как и вчера. сообразить что тебе только что написали в асе или так сказали не получается..

вот и эффект от курения - пока куришь все нормально, только пару дней не куришь как обычно начинает колбасить и подглючивать.

я думаю это от того что я снизила дозу.


глюконаааат глюконааааат...

когда ты полумраком тал в бездне, поневоле. и поневоле об тебя упали струны. БЕЙСЯ!! БЕЙСЯ!! бейся безмолвием! сражайся с солнцем, кидая кости.. кидая ноги.. кидая перья на бездонные пути по рельсам.
по рельсам.
по рельсам ДУГИ и несет, и крабы, и свет распухший от тоски и влаги!
оттуда дует.. дует незаметно..НО СИЛЬНО!! ЖУТКО ДУЕТ ветер
ты брызги! ты капля в небе и НИЧТО без неба!
а по ту сторону куда не видит глаз, тебя насилуют, сжимают до упора! сжимают чтобы.. ах, чтобы что бы..
ЧТО БЫ? для гоненья в сутки. дожди из пороха и ворохи надежды. с тобою мрак. с тобой бессмертная картина. с тобой безумие как прежде, как сегодня.
как сон.
как слон и пепел. одного лишь цвета.
для зова пуст бескрылый горец, а для горения потухшая скотина изза неба.. и снова ИЗЗА неба и для НЕБА, для печали и для вороха позора..
что же с нами? а что же там где нет?
где НЕТ.
нет и не будет страха.
и пыли.
и неба.
солнца,света, моря, грязи. моря грязи в пусыне рук и безнадежно, так скользко ложе бледного покоя.
в надежде
и без оной, все как прежде.

возле камня, огромной серо-зеленой глыбы, сидела она, поджав колени и опустив голову, казалась такой нежной.. ослепительно-белой. ее волосы, эти мягкие кудри, были как перья ангела при свете луны. услышав, что кто-то подошел - или просто от скуки - она подняла черные глаза. в руках коробка спичек.
- не спится? - сказала я.
- хочу замереть - тихо прошептала девушка
- умереть? ?-/
- мы не умираем. хочу замереть на время, пока я здесь, только и всего. спать не могу, луна слишком яркая.
- а как же спички?
- помогают. )))))
я оглянулась вокруг. холодно. ветром срывает с неба птиц и волосы сдувает, неприятно.
- присядь со мной. здесь ветра нет: это из-за камня. он загораживает горы, поэтому теплее. - промурлыкала сухая пыль в ее волосах. - я подожгусь, и тебе тоже надо: ты дрожишь.

она протянула мне горящую спичку и себе зажгла.подула на огонь и, честно говоря, немного ошарашив меня, она, весело засмеявшись, подняла голову и поднесла огонь к белоснежной ножке. потоки огня покрывали ее тело постепенно. это был даже не огонь: она тлела. медленно, постепенно, как тлеют индийские благовония. очень красиво тлела алым и оранжевым.
и я зажглась.
нас положили рядом.
мы синий камень.


светало.

бросала пыль на потолок дорога,
забыв о чести и о силе дней
в тоске о том, что можно жить без бога,
о том, что дальняя дорога не страшней,

чем грусть по небу. солнечное горе
как будто разбивало на года
забытую кому-то душу. горе
по скрытым каменным лучам в глубинах льда.

поникшее, растерзанное тело
лежало, сгорбясь, на дороге той,
чтобы покрыть собой ненужную небрежность,
чтобы остыть, чтоб превратиться в гной.

летала муха слепо над ребенком.
его почти склевали стаи глаз,
так жаднообъедавшие ошметки.
обгрызли, разорвали все за раз!

почти... почти совсем застыла осень
в глазах хрустальных гноя малыша.
его зачем-то так жестоко кто-то бросил
на трассе рвоты. на тропе говна.